Талмудический Винегрет. Глава Шелах. Талмуд, Хулин 38-44.

Посвящается Лерефуа Шлема всех больных Израиля.

После греха разведчиков, приговор был вынесен всему поколению, за то, что они приняли поклеп мераглим. Всевышний сообщает им, что они не зайдут на Святую Землю, а их дети «будут кочевать по пустыне сорок лет и понесут последствия вашей неверности זנותיכם, пока не падут ваши последние трупы в пустыне» (Бемидбар 14:33). Почему здесь используется выражение זנותיכם (блуд)?

Р. Меир Симха пишет: казалось бы, выражение «блуд» более уместно было бы употребить по отношению к греху золотого тельца (и действительно Тора часто сравнивает идолопоклонство нашей нации с «супружеской изменой» по отношению к Всевышнему). Однако смысл здесь таков: подобно замужней женщине, совершившей измену, которая, даже если полностью раскается и ее грех будет полностью прощен, все равно остается запрещенной своему мужу и считается оскверненной для него, — так и поколение пустыни. Хотя впоследствии они раскаялись, это не помогло отменить постановление, что они умерли в пустыне и не вошли в Землю Израиля.

В конце нашей главы Раши от имени Рабби Моше а-Даршана пишет по отношению к символизму цицит (Бемидбар 15:38): Восемь нитей в ней соответствуют восьми дням, которые Израиль провел от Исхода из Египта до песни на море. Почему Раши пишет про 8 дней, ведь чудо у моря произошло семь дней после Исхода?

Существуют разные попытки объяснить слова Раши. Может имеется в виду 8 дней после Песхального приношения (т.е. после 14-ого числа, дня перед праздником). Также не исключено, что Рабби Моше А-Даршан действительно считал, что чудо у Моря произошло на восьмой день после Исхода. Но также возможно в манускриптах Раши есть ошибка переписчика, и так пишет Р. Меир Симха: это опечатка (таут софрим), а должно быть написано: и семь нитей в ней соответствуют семи дням, которые провели Израильтяне с момента исхода из Египта. Это следует мнению Рамбама — что семь нитей цицит должны быть белыми, а одна нить — голубой (техелет). И именно поэтому Раши сначала истолковал слово «техелет», а затем сказал: «и семь нитей (имея в виду белые нити) соответствуют семи дням.

От какого слова происходит «трефа», и что означает эта концепция? Все ли виды трейфот считаются Халахой «ЛеМоше МиСинай?» Если ли в наше время трейфное животное живет более года, считается ли оно все равно трейфным?

На этой неделе мы начинаем изучать очень сложную главу трактата Хулин (42а-67б), где обсуждаются законы трейфы и породы разрешенной и запрещенной фауны. Тора (Шемот 22:29) запрещает нам есть животное, которое «трефа». Сам корень טרפ означает разорванное (хищником). Например, Яков пожаловался Лавану (Берешит 31:39) «Растерзанное (трефа) не приносил я тебе, я возмещал это, с меня ты взыскивал». Так же, когда Якову принесли одежду Йосеф в крови, он сказал (Берешит 37:33) «Зверь хищный сожрал его, растерзан, растерзан Йосеф». Но когда Тора запрещает трефу, Хазаль понимают, что не может иметься в виду мертвое животное («невела» – падаль), которое запрещено и без того. Значит, трейфа, которую Тора запрещает – это животное, которое выжило после атаки, но видимо скоро умрет. Также существуют другие виды «трейфот», которые, как говорит Талмуд являются «Халаха ЛеМоше МиСинай» (см. ниже). В Талмуде есть разные мнения, сколько может прожить трейфное животное, и Шулхан Арух постановляет, что трейфа не может прожить 12 месяцев. Получается, если животное получило одно из ранений, про которое есть неуверенность, считается ли оно трейфой, если животное проживет 12 месяцев (а также, если оно забеременеет и родит), то оно не трейфа. Но если животное точно трейфное, даже если оно проживет много лет, оно запрещено (см. Рема, Йоре Деа 57:18). Рамбам (Шехита 10:12-13) пишет: нельзя ничего добавлять к этим (упомянутым выше) признакам трейф. Ибо любое болезненное состояние, возникшее у животных помимо тех, что перечислили наши мудрецы, оставляет животному возможность выжить. И это так, даже если из медицинской практики нам известно, что в конечном итоге оно не выживет. Точно так же и в отношении тех изъянов, которые наши мудрецы перечислили и признали как трефа: даже если из имеющихся у нас медицинских знаний следует, что некоторые из них не смертельны и животное может после них выжить — тебе следует руководствоваться исключительно тем, что перечислили мудрецы. Ибо сказано: «По закону, которому они научат тебя» (Деварим 17:11). Рамбам здесь не касается того, как может быть, что животное, определенное Хазаль как трейфа, может выжить? Некоторые объясняют, что в редких случаях трейфа может чудесным образом прожить 12 месяцев (Р. Шломо Лурия, Арух Ашулхан). Другие объясняют, что во время Талмудичского периода эти болезни были смертельными, но впоследствии их научились лечить. Или что здесь имеет место «шинуй тейва» - изменение природы, т.е. то, что было смертельной болезнью во время Хазаль, перестало быть таковой в наше время (Хазон Иш, Р. Моше Файнштейн). Тем не менее, сам Рамбам не пишет ничего про шинуй тейва, и возможно он имел в виду, что в ритуальных законах, мы обязаны следовать постановлениям последних раввинских судов (пока у нас не будет новый Санхедрин). Именно поэтому он приводит здесь стих, говорит об авторитете Санхедрина в интерпретации Торы. Интересно, что Талмуд и Шулхан Арух (Хулин 43а, Йоре Деа 29:1, Рамбам, Законы Шехиты 5:2) приводят список из восьми трейфот, которые даны через Моше с горы Синай, но это общие категории трейфот. Они включают животное, у которого орган был проколот, отсечён, удалён или имеет недостающую часть, если животное разорвано, повреждено когтями, упало или получило перелом. Что касается конкретных деталей, к каким из органов относятся какие из законов, то есть много нюансов, по отношению к которым возникли диспуты, является ли определенная болезнь или травма трейфой, и иногда мудрецы даже спрашивали у докторов (см. например Хулин 77а). Одна из историй, которую приводит Мишна (Бехорот 28б, и цитируется в Санхедрине 33а): Произошел случай с коровой, у которой была удалена матка. Когда спросили рабби Тарфона, он постановил, что это животное трефа. Основываясь на решении рабби Тарфона, хозяин скормил эту корову собакам. Затем это дело поступило на рассмотрение мудрецов суда в Явне, и они постановили, что такое животное разрешено в пищу. Сказал врач Тодос: Ни одна корова не вывозится из Александрии Египетской без того, чтобы ей не вырезали матку — ради того, чтобы она больше не рожала (породы их коров были исключительного качества, и жители Александрии не хотели, чтобы они размножались где-либо еще; тот факт, что эти животные жили долгой жизнью после удаления матки, доказывает, что подобная операция не делала их трефными). Дальше Мишна обсуждает, должен ли Р. Тарфон возмещать ущерб (раз из-за его ошибки животное скормили собакам). Получается, что мудрецы Талмуда признали, что в определенных случаях эмпирический опыт медицины мог иметь юридическую силу в вопросах кашрута.

Предыдущая глава