Талмудический Винегрет. Глава Деварим, Талмуд, Кетубот 25-31.

 

Лерефуа Шлема Шель Раиса бат Соня и Владимир бен Хеня.

Слово Тора в самой Торе упоминается не так уж и часто, и чаще всего значит какие-то конкретные законы (например, в Вайкра 7:37: вот Тора разных жертвоприношений, Вайикра 14:54: вот Тора разных кожных заболеваний, Бемидбар 5:30: Коэн сделает ей (Соте) эту Тору, Бемидбар 19:2 и 19:4; Тора красной коровы, Бемидбар 31:21: Тора очищения сосудов). А где в нашей главе упоминается Тора, и какое значение это слово имеет здесь?

В начале нашей главы написано: (Деварим 1:5): По ту сторону Иордана, на земле Моава начал Моше разъяснять эту Тору. Видимо здесь имеется в виду Тора в общем смысле этого слова (и сами ее стихи, и комментарий к ним, который мы называем Тора Шебааль Пе Устная Тора). Но может иметься в виду моральное наставление, как например, говориться в Мишле (1:8 и 6:20): (не бросай наставления своей матери).

А как понять слова Раши к этому стиху: разъясняя Тору: он истолковывал ее на семидесяти языках. Зачем Моше объяснять евреям Тору на других языках?

Источник слов Раши Мидраш Танхума (Деварим, 2, см. также Берешит Рабба 49:2). Хотя в Талмуде (Сота 32а) тоже приводится мнение, что когда Тора была написана на камнях (см. Деварим 27:8), ее написали на семидесяти языках, но там возможно это было сделано ради того, чтобы неевреи тоже могли ее прочесть (заметим, что возможно была написана не вся Тора, а только список заповедей). В любом случае, непонятно, зачем Моше объяснять Тору еврейскому народу на других языках? Поэтому некоторые комментаторы считают, что под 70 языками имеется в виду семьдесят значений, как говорится семьдесят лиц у Торы (см. Актав Веакабала и Биркат Ашер) Но большинство супер-комментаторов Раши приняли его слова согласно простому смыслу, что Моше действительно трактовал Тору на разных языках. Мне кажется, Раши имеет в виду, что некоторые трактовки отдельных слов Торы связаны с другими языками (см. подобное в Менахот 34б), или что среди евреев были гейрим, которые не знали иврита, и их Моше обучал на их родных языках.

В данном стихе (Деварим 1:5) используется редкое слово . А что значит слово хоиль?

Обычно это слово переводят как начал (см. Раши и так считает Арамейский Таргум), но оно также может значить пожелал (ведь это было решением Моше перед смертью повторить Тору с еврейским народом, см. Бехор Шор и Р. Бахье). Р. Саадия Гаон понимает под этим словом долгую речь (как и в Берешит 18:27 и 31). Но некоторые из Хазаль связывают это слово с клятвой (см. Сифре, видимо имеется в виду, что он взял с евреев клятву о соблюдении заповедей, см. Панеах Раза). Интересно, что слово с буквой вав в следующем слове (хоиль ве) очень часто используется в Талмуде в смысле потому что.

Мишна (Кетубот 26б) обсуждает определенные случаи, когда женщину забрали неевреи и ей грозит смерть, то она может стать запрещенной мужу. О каком случае идет речь: о жене коэна или даже о жене обычного еврея?

Существует диспут на этот счет. Дело в том, что жена коэна становится запрещенной мужу, даже если ее изнасиловали, но жена обычного еврея становится запрещенной, только если она добровольно ему изменила. Раши считает, что наша Мишна говорит даже о жене обычного еврея, и в случаях, когда ее могли убить, мы боимся, что она добровольно согласится на отношения, чтобы сохранить жизнь. Но подавляющее большинство Ришоним (см. также Шаарим Амецуяшин Бехалаха) объясняют, что в нашей Мишне речь идет о жене коэна, и так постановляет Шулхан Арух (Эвен Аэзер 7:11, хотя Рема приводит, что некоторые строги и в случае жене не коэна).

Кошерный свидетель должен быть взрослым (после Бар Мицвы). А может ли взрослый свидетельствовать о том, что он видел в детстве?

Мишна (Кетубот 28а) описывает, что только в определенных случаях разрешили верить взрослому о том, что он видел в детстве. Часть из приведенных примеров в случаях ритуальных законов, когда свидетельство касается только раввинского запрета, например, насколько далеко от этого города можно выходить в Шаббат (он помнит, что ребенком до этого места они ходили в Субботу). Отсюда, Шулхан Арух (Хошен Мишпат 35:6) пишет, что и в других раввинских запретах можно полагаться на подобное свидетельство взрослого о том, что он помнит с детства. (Но ребенку мы не верим, если он свидетельствует даже по отношению к запрету раввинов, хотя есть исключения из этого правила, см. Йоре Деа 127:3). Также наша мишна приводит и примеры денежных законов, где достаточно свидетельства взрослого о том, что он видел в детстве. Например, если он говорит, что данная женщина была девушкой во время свадьбы (т.е. он помнит, что у нее были открыты волосы, см. наш винегрет к главе Пинхас к Кетубот 15б), мы ему верим. Причина в том, что большинство женщин выходят замуж девушками (и мне кажется, дополнительна причина в том, что нередко развод или смерть мужа происходит через много лет, и трудно найти свидетеля, который уже был взрослым во время их свадьбы).

Наша Мишна (Кетубот 29а) учит, что, несмотря на то, что в некоторых случаях человек получает карет, это не освобождает его от денежного штрафа. Например, если человек имел отношения с собственной сестрой, хотя он получает духовное отсечение, но ему также нужно платить. Но если он имеет отношения, которые караются смертью (например, с дочерью жены), то он не платит штраф (наказание смертью затмевает денежные наказания).

В нашей сугие (Кетубот 30а) приводится стих (Мишле 22:5) (Терны и сети на пути нечестивого; кто бережет душу свою, тот удалится от них). Каким образом из этого стиха Талмуд учит, что если человек вышел на улицу в холод (не одевшись, как следует) и простудился, то он сам виноват?

Данный стих цитируется в Талмуде 4 раза (кроме нашей сугии, также в Бава Мециа 107б, Бава Батра 144б, Авода Зара 3б), и каждый раз в контексте того, что болезни от холода и жары человек может избежать (в смысле, это не гезейра декрет с Небес). Как говориться: Все в Руках Небес, кроме циним упахим (обычно циним - это колючки, а пахим - западни, но Хазаль здесь трактуют циним как холод, а пахим как жару (от слова угли); возможно, слово относится не к человеку, а к самому пути на искривленном пути). Согласно этому, стих имеет в виду, что шомер нафшо (берегущий свою душу) может спастись от холода и жары (в смысле, одеться, как следует, выходя на улицу в холод, или не выходить на улицу в особую жару, см. Тосафот). Поэтому, если он не был предусмотрителен, и заболел, это его собственная халатность (см. Бава Батра 144б).

Предыдущая глава